Сдувая архивную пыль... (litl_bro) wrote,
Сдувая архивную пыль...
litl_bro

  • Mood:

"Новый Уренгой" как состояние нашей исторической науки

К написанию данного постинга (да и возвращения к ведению ЖЖ) меня сподвигли нашумевший перформанс ein Schüler aus Nowy Urengoi и озвученная реакция нашей исторической науки на нее. Давайте сразу внесем ясность: я глубоко уважаю А.Р.Дюкова как историка и в целом скорее одобряю деятельность фонда "Историческая память", нежели порицаю; кроме того, я считаю, что А.Р.Дюков - это один из лучших представителей современной российской исторической науки. Тем не менее, озвученный А.Р.Дюковым и горячо поддержанный Баиром Иринчеевым и многими другими френдами взгляд российской исторической науки на случившееся вызывает у меня... ну мягко скажем так, некоторое недоумение.

Впрочем, по пунктам. Начнем собственно с речи десятиклассника Десятниченко в части трагической судьбы Георга Йоханна Рау. Рассматривая оную абстрактно, нельзя не признать, что гибель 21-летнего молодого человека вследствие тяжелых условий плена есть событие, достойное всякого сожаления и сочувствия. Однако есть обстоятельство, которое не позволяет мне эти самые сочувствие и сожаление в должной мере проявить: Георг Йоханн Рау - солдат неприятельской армии. Солдат державы, находившейся с СССР в состоянии войны. Он исполнял свой воинский долг и при исполнении воинского долга был взят в плен. Такое на войне случается, это "профессиональный риск" любого солдата воюющей армии. Факт пленения Георга Йоханна Рау - не добровольного его перехода на сторону советских войск, не дезертирства из немецкой армии, а именно пленения по итогам мучительной агонии сталинградского котла - перечеркивает, как абсолютно недопустимые и неуместные, любые рассуждения о том, что он "невинно погиб", "хотел жить мирно", и даже, возможно, "вовсе не желал воевать". Те лучшие представители немецкого народа, которые "не желали воевать" и "хотели жить мирно", находили возможность воплотить в жизнь свои гуманистические принципы с самого 1941-го года, пусть даже и самой дорогой ценой: есть в моей коллекции документов переводной приказ о казни немецкого "дважды дезертира" - он кабы еще не в июне 1941-го самовольно оставил часть и осел в деревне на территории СССР, трудясь наравне с местными крестьянами; будучи задержан и направлен в часть, бежал вторично и снова осел в деревне и жил жизнью мирного крестьянина, пока осенью 1941-го его не поймали и не казнили по приговору трибунала за дезертирство. Можно - и даже IMHO дОлжно - и о "добром немце" вспомнить, который отказался расстреливать гражданских - и разделил их участь. Однако Георг Йоханн Рау не из таких. И потому сожалеть о безвременной смерти молодого человека можно. Вполне допустимо исследовать высокий уровень смертности среди сталинградских пленных, говорить о причинах этой высокой смертности, о мерах, направленных на недопущение столь трагического развития событий, и о выводах, сделанных советским военным руководством в части содержания военнопленных. Но называть сталинградских пленных "невинно погибшими, хотевшими жить в мире и не желавшими воевать" совершенно однозначно недопустимо. Служба в рядах неприятельской армии - вполне достаточный состав виновного деяния.

Однако после решения для себя одного из основополагающих вопросов - "Кто виноват?" - на повестку дня встает следующий вечный вопрос. "Что делать?" И вот тут IMHO все совсем плохо, вокруг мы видим одни только мерзость и тлен запустения. Разнообразные заковыристые призывы покарать самого Николая Десятниченко и тех, кто принял деятельное участие в выработке столь оригинального мировоззрения, ни на шаг не приближают нас к корню проблемы - как сделать так, чтобы взгляды, подобные Десятниченко, не ширились, не множились и не распространялись? Надо сказать, что по данному вопросу совсем беда как с "общим", так и с "частным", всякоразные призывы "сплотить ряды", "крепить", "усилить" и "углубить" и вообще "выше знамя советского спорта" содержат в себе до обидного мало конкретики - что и как надлежит сделать.

Тем приятнее было обнаружить свежий, "по горячим следам" выступления написанный постинг А.Р.Дюкова в ФБ... Было, ага. Почти что до конца чтения. Пункты с первого по восьмой выглядят обоснованными и приемлемыми. А вот содержащий конкретику девятый пункт вызывает ломоту в зубах и неприятное ощущение беспомощности и полной безыдейности.

"Несомненным позором является то, что в России до сих пор нет мемориального комплекса, посвященного памяти жертв нацистской войны на уничтожение". Позвольте задать почтительный вопрос - а где должен располагаться этот комплекс? Где находится то место, в котором побывал каждый россиянин? Я такого места не знаю. Или в каждой деревне и в каждом райцентре поставить памятник двадцати семи миллионам? Это уже абсурдно и нелепо будет, явный перебор. Потому - в сторону, такой мемориал явно не будет краеугольным камнем патриотических воззрений на историю войны.

"Позорно отсутствие списков сожженных деревень, нацистских концлагерей и гетто..." - ну давайте предположим для простоты, что к сорокалетию Победы такая работа была проведена. Как поется в известной советской песне, широка страна моя родная, много в ней лесов, полей и рек ©. Много и деревень. Многие деревни оказались уничтожены оккупантами. Счет наверняка на десятки тысяч пойдет. Вот и представьте себе толстый такой том на мелованной бумаге в твердом переплете, лежащий в каждой районной библиотеке. Десятки тысяч названий. Которые - простите мне прямоту - примерно девяносто девяти процентам читателей не скажут вообще ничего, ибо описывают события сугубо "местные", известные в лучшем случае в пределах района. Вот цитирую, например, документ: "В Брянском районе противник сжигает деревни... 5 марта в деревне Фошня сожжено 200 дворов... Ст.Ковали сожжено 40 дворов, Белея - сожжено 150 дворов". Простите, Вы - лично Вы, мой читатель - знали до чтения этих слов о существовании Фошни? Посещали? Покажете на карте? А Белею? А через Ковали проезжали? Продолжаем: "23 июля 1942 г. в 7 часов утра фашистская свора напала на Кокоревку... из 542 домов сожгли 529 домов..." Покажете мне Кокоревку на карте? Нет? Ну хоть район сможете назвать? Область? Затрудняетесь? Немудрено - широка страна моя родная. Ну так о чем скажут читателям десятки тысяч названий сожженных деревень? Снова простите прямоту - ни о чем абсолютно. "Смерть одного человека - трагедия. Смерть миллионов - статистика" © Э.-М.Ремарк. Да, в профессиональной дискуссии с представителями исторической науки наших западных соседей подобное фундаментальное исследование теоретически могло бы оказаться полезным. А вот для целей массовой пропаганды оно совершенно не при делах.
Здесь сразу же хочу прервать возможные возражения - скажите, возражающий, Вы как давно Книгу памяти погибших на Финской перечитывали? В ней гораздо менее 27 миллионов фамилий, смею Вас уверить. И как - многих помните? Ну хотя бы тысяч пять-десять? Уверенно назовете социодемографические данные, будете оперировать фактами биографий?.. Нет? А позвольте спросить - отчего такое небрежение? Вы не патриот? Считаете память павших на Финской достойной забвения? Или просто слишком их много, чтобы память одного человека могла вместить всех? Во-о-о-о-о-о-от. О том и речь.

Продолжаем разговор. "... позорно отсутствие соответствующих образовательных программ для школьников и студентов". Возможно, позорно. Вот только я вопрос хочу задать. Пусть каждый из читателей вспомнит своего школьного историка/историчку за 9-10-11 классы и подумает - осилит преподаватель еще и курс "Истребительная политика нацизма"? Сможет преподать ярко, выпукло, наглядно, чтобы отпечаталось в памяти?
А за счет чего этот курс дать? Какую дисциплину обрезать? Законов сохранения не отменял никто, хочешь в школьную программу чего-нибудь еще впихнуть - сразу говори, что будешь из нее убирать.

И как бы всё. Практические предложения кончились. Что безотрадно. Ну так что, безнадега, мрк, тлн и бзсхднсть? IMHO нет. Просто подходить к проблеме надо комплексно и с учетом имеющихся ограничений. А именно:
- многократно обсужденный, жеваный-пережеваный государственный образовательный стандарт. Единая программа. Единый разработанный на конкурсной основе учебник многомиллионным тиражом.
Общее направление подачи близко к традиционному советскому, но можно обойтись без особого выпячивания "руководящей и направляющей". Можно - и даже нужно - указывать на факторы, негативно сказавшиеся на развитии событий. Не "обличать и разоблачать", а указывать - вот потому-то думали так-то. Оказалось, ошибались. Историю естественных наук так лет уж полтораста преподают - от Птолемеевых эпициклов к Копернику/Кеплеру/законам небесной механики/классической наблюдательной астрономии/современным методам - и ничего, не трескается психика обучаемых от осознания пути науки как истории преодоления заблуждений. Противника тоже уничижать не следует: "... На постамент взобравшись высоко, пусть, как свидетель, подтвердит по праву: да, нам далась победа нелегко. Да, враг был храбр. ТЕМ БОЛЬШЕ НАША СЛАВА";
- необходимо осознавать, что школьной программой, пусть и хорошей, проблема не решается. Нельзя допустить, чтобы, сделав шажок за пределы школьного курса, обучаемый обнаружил себя в пустыне. Но и об ограничениях в виде кадрового состава педагогов забывать не следует. А потому - государственная политика в области патриотического воспитания. А в рамках этой политики, в первую очередь - система наглядной агитации и пропаганды (вот тут и уместны памятники, монументы, мемориалы, музейная работа). И система научно-популярной литературы. Разбить Великую Отечественную на основные операции - Приграничное сражение, Смоленское сражение, блокада Ленинграда, битва за Москву, Сталинградская битва, Курская битва, битва за Днепр, "Багратион", бросок к Висле... и остальные сталинские удары. По каждой теме - научно-популярный продукт. Не впрягать в одну телегу коня и трепетную лань, в смысле не пытаться сделать книгу, которая и в военных академиях будет в курсе истории преподаваться, и представителям старшего поколения понравится, и молодежи "зайдет". Каждой аудитории - свой продукт: молодежи - видосики от Гоблина, военным - профессиональные работы, старшему поколению - обновленную и перелицованную "классику". Восстановление советской практики школьного изучения истории объединений (армий и корпусов) - и, разумеется, научпоп по этой части. Чтобы школьники могли изучить историю своей "родной" 3-й гвТА не "с миру по нитке", а из одной книги, где история эта будет рассказана от начала и до конца;
- и, разумеется, государственная политика в области искусства. Никаких "28" - да-да, Баир, никакого "восстановления доброго имени Иван Евстафьевича Добробабина" © Шальопа. Никаких "Дней в мае" и прочих "ДивеСРантов" со "Штрафбатами". Никаких "Бате от братвы с раёна" памятников Калашникову работы С.Щербакова...

М-да... жаль только, жить в эту пору прекрасную уж не придется ни мне, ни тебе © Но от этого проку мне - простите - видится как-то больше, чем от перечня сожженных деревень, который прочтут целых три человека в стране - но которые это все и так примерно знают.

Табуретки приветствуются
Tags: отчетный доклад Капитана Очевидность, програмне псто
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 102 comments